Мешай водку гвоздем

«Generation П» поставили на сцене Камерного театра

Пресс-служба Камерного театра

Виктор Пелевин — автор не очень-то театральный, поэтому смелости постановщика Ларисы Александровой можно заранее поаплодировать. Экзистенциальный мюзикл получился в меру ностальгическим, в меру смешливым, в меру упоротым, как принято говорить в определенной среде. Визуально он выполнен на ура — за этой всей труппе большой респект.

«Generation П» — вещь достаточно попсовая, потому и культовая. В 2011 году роман Пелевина экранизировала команда режиссера Виктора Гинзбурга, и получилось очень смешно. Похождения Вавилена Татарского, внезапно ставшего успешным рекламщиком и продвигающего культовые бренды на российском рынке, адаптируя их под нашу ментальность, действительно довольно забавны. Не говоря уж о том, как бывшие комсомольцы внезапно становятся служителями богини Иштар, а потом еще и узнают, что в телевизоре, Думе и Правительстве, оказывается, нет ни одного живого человека.

Дмитрий Блинков сыграл Вавилена Татарского

В общем, пересказывать такой сюжет — дело неблагодарное. И Лариса Александрова поставила спектакль на явно подготовленную литературно публику. Правда, прежде чем купить билет на этот экзистенциальный мюзикл — освежите знание текста. Нелишне.

Режиссер и актеры сделали ностальгическую историю о том, как когда-то в нашу страну ворвался, простите за высокопарность, ветер свободы. О не пуганом капитализмом поколении, которому показалось, что после 70 лет унификации их ждет разнообразие и возможность выбора. А то, что шла эпоха первоначального накопления капитала, подчас совсем не нежная — ну, это издержки времени. Времени, когда «Сникерс» и сигареты «Парламент» были не просто шоколадкой и куревом. Нет, они были почти объектами для молитвы. Символами того мира, куда мы так отчаянно стремились попасть.

Москва 90-х — место действия романа «Generation П»

Вавилена Татарского играет актер Дмитрий Блинков (который, кстати, внешне очень похож на Владимира Епифанцева, сыгравшего Вавилена в вышеупомянутом фильме). Играет хорошо, убедительно и уместно изображая изумление, которое становится верным спутником Татарского на протяжении всего странствия по нарождающемуся капитализму. Актер Антон Ребро воплощает сразу нескольких персонажей, каждый из которых очень плохо заканчивает. А Дмитрий Олейников замечательно изображает героя, приспособившегося к 90-м — именно такие самоуверенные мужчины гребли деньги лопатой в ту смутную эпоху.

В спектакле активно используются световые эффекты, видеопроекции

Визуально спектакль решен великолепно — видеопроекции, свет, звук, костюмы. Вавилен то парит в воздухе, то проваливается в матрицу. На экраны проецируются видеоролики с рекламой, от которых защемит сердце у всех, рожденных не позднее 1985 года.

Лариса Александрова не стала выкидывать из текста матерные слова — тот самый пес-п****ц [конец] присутствует в нужной сцене, и герои, как и было у Пелевина, обсуждают — спит ли он в России и что будет, когда все-таки проснется. Собственно, вопрос, а не очнулся ли он уже от дремы, остается открытым.

В спектакле используется обсценная лексика, поэтому детям на него идти не стоит

«Generation П» считается романом, по которому необходимо учиться будущим рекламщикам и пиарщикам, и возможно, так оно и есть. Но не о том спектакль, поставленный в Камерном. С точки зрения мюзикла он получился несколько неровным — есть ощущение, что отдельные эпизоды, связанные музыкальными номерами, распадаются на отдельные повествовательные фрагменты, плохо связанные друг с другом. Но, может быть, это изменится, когда спектакль «наиграется». Что касается экзистенциальной составляющей, то она вся на поверхности: вот вам история о том, как мы ждали, ждали, а получили в итоге перемешивание водки гвоздем, как пел «Аквариум». Кто в этом виноват? Ненастоящий президент? Паленый алкоголь? Замусоренные рекламой мозги? Почему мы стали такими, какими мы стали? И почему даже богиня Иштар не смогла нас спасти?

Жанр «Generation П» — экзистенциальный мюзикл

В СМИ проскочила информация, что на премьере в Камерном побывал сам Пелевин — он якобы тихо сидел с краю и никак себя не выдавал. Мы никаких писателей в зале не заметили, но, в принципе, если бы великого мистификатора и не было на самом деле, его следовало бы выдумать.

Спектакль получился в меру смешным, как и текст Пелевина

Не очень ясно, будет ли этот поколенческий манифест понятен тем, кто родился уже в постсоветской России. Для кого пляшущий Ельцин — не более чем смешной мем, и то смутного происхождения. Если же вы помните все это так, будто было вчера — сходите, не пожалеете.