Технологии

Алиса Сынбулатова

Корреспондент

В Челябинске, как и по всей стране, развивается робототехника. Значит ли это, что пора, когда работникам производств нужно будет подыскивать себе новую работу, вступает в активную фазу? И что вообще мы понимаем под словом «робот»?

В Челябинске робототехника — сегодня одно из самых популярных направлений дополнительного образования. Дети в кружках собирают конструкторы, программируют машинки для езды по заданной траектории. Объявления об открытии очередной «секции будущего» можно встретить, наверное, в любом лифте. На днях в городе завершился фестиваль робототехники (вспомнить, как это было, вы можете, посмотрев наш фоторепортаж). Не знаем, как у остальных, а у нас назрел вопрос: чем вообще занимаются наши юные гении? Неужели они реально создают нечто, способное применяться на практике, облегчить производство, изменить мир? И что вообще имеется ввиду под словом «робот»? Андроид, станок с программированием, очень умный пылесос?

«Примерно в начале 2000-х у нас в образовании появилась новая форма учебных конструкторов, которые внутри стали содержать микропроцессор, — комментирует директор Дома юношеского технического творчества Челябинской области Владислав Халамов. — Это оборудование можно запрограммировать. Например, машинку, чтобы она ездила по заданной траектории, смотрела вперед, проверяла, не уперлась ли в стену. Так что роботом в привычном понимании я бы назвал устройство, которое само видит внешнюю среду через датчики и может управлять своими исполнительными устройствами: двигателями, лампочками».

С определением понятно. Вопрос в том, насколько применимы в реальности создаваемые в секциях устройства? Владислав Халамов уверяет: многие вещи реально полезны на практике. Например, на фестивале «Робофест» нужно было создать робота-помощника. «Дети собирают робота, который моет посуду, кормит рыбок по расписанию или цветы поливает. Вот уже несколько лет у нас есть специальная категория: „Инженерные кадры России — ИКаР“. Эта категория, где дети моделируют устройства с реального производства. Что-то они придумывают с нуля, в чем-то копируют существующие модели. Мы работаем над тем, чтобы у ребят все это получилось в реализованном виде. У нас уже был робоавтомобиль — реальный легковой автомобиль, оснащенный датчиками и процессором, который ездил. Была инвалидная коляска, которую дети переделывали из электромотоцикла».

Так что, в теории, применить эти разработки в жизни — вполне возможно. Другое дело, что время еще, кажется, не пришло. В пресс-службе ЧМК нам ответили: для промышленного производства (если кто забыл, именно этим славится Челябинск) роботизация не слишком-то и характерна. Использование роботов больше присуще производству автомобилей.

То, что сегодня создается в кружках и на конкурсах, может быть использовано в производстве будущего

У роботизации общества есть обратная сторона. Издание Forbes со ссылкой на недавний доклад WEF (World Economic Forum, мировой экономический форум — прим. редакции) отмечает: в ближайшем будущем роботы уничтожат в мире больше 75 млн рабочих мест, хоть и создадут 133 млн новых. Чего стоит опасаться представителям традиционных профессий?

«Ответ для специалистов давно очевиден. Во-первых, время идет вперед и каждое новое устройство убирает старые профессии, порождает новые. Да, сортировщиков стало меньше. Но появились программисты, электронщики. Сейчас, кстати, возникла такая профессия, как учитель для роботов. Допустим, есть нейросеть, которая определяет лица. Так вот — учитель показывает ей десятки тысяч лиц, и тогда она начинает их распознавать. Кроме того, робот никогда не научится мыслить творчески. Это способность исключительно человека. Робот, как бы он ни был запрограммирован, все равно „мыслит“ согласно программе, алгоритму. Чем больше роботов, тем больше у человека остается времени творить — то, о чем мечтали все великие мыслители», — добавляет Владислав Халамов.

Так что пока опасаться роботов как конкурентов в борьбе за вакантные места не стоит. Работодателям по-прежнему нужны сотрудники — живые, из плоти и крови. Потребность в работниках в течение 2018 года составила 132,8 тыс. вакансий. «Максимально высокая потребность в работниках была традиционно отмечена в сферах: обрабатывающие производства — 20%, образование — 11%, административная деятельность — 11% и т. д.», — сообщили в центре занятости населения Челябинска.

В общем, насколько можно судить, картина мира, как у Герберта Уэллса, пока остается фантастикой, и массовая роботизация Южному Уралу пока не грозит. Но первые, пусть и робкие шаги в этом направлении уже делаются. Так что, возможно, будущее, о котором предупреждали фантасты, уже где-то рядом. И не исключено, что его конструирует чей-то ребенок. На очередном занятии «Робототехники». Прямо сейчас.

  •  

Мнение

Интервью

Популярное