Трагедия-дети

Максим Бодягин

Главный редактор издания «Челябинский обзор»

Массовый расстрел, произошедший в Керченском политехническом колледже (КПК), обществу еще только предстоит осмыслить. Сейчас еще слишком силен шок от случившегося. Ясно лишь одно: трагедия касается каждого из нас. И что самое ужасное — никто не гарантирован от повторения этого кошмара.

17-го октября нелюдимый 18-летний подросток, прихватив с собой два рюкзака, вошел в здание колледжа, где учился на четвертом курсе. Он начал обходить учебные помещения, бросая туда самодельные бомбы, после чего расстреливал людей из помпового ружья. Завершив план, он покончил собой. Его звали Владислав Росляков. На момент написания статьи число людей, погибших от его рук, превысило 20 человек. Всего пострадало около полусотни студентов и преподавателей колледжа.

Самое ужасное в случившемся — бойню устроил не оголтелый поклонник экзотической секты, не политический активист, не фашиствующий проповедник, не представитель этнической преступной группы, а самый обычный подросток. Обычный настолько, что сведения о нем до сих пор обрывочны. Трудно прогнать ощущение, что Росляков был человеком-невидимкой.

Информация о нем уже распространилась по социальным сетям и массмедиа: недружелюбный тихоня, одиночка, росший с матерью-медсестрой, изредка общавшийся с отцом и бабушкой. Он не имел близких друзей. Он не выдал своих намерений в соцсетях. С его именем не связывают обычных подростковых трагедий, вроде вспышки неразделенной любви или сжигающей ревности. Таких, как он — миллионы. Миллионы скучных единиц статистики. Однако в какой-то момент скучный молодой человек идет в магазин и покупает себе многозарядное охотничье ружье с подвижным цевьем при перезарядке, предназначенное для различных видов охоты в различных погодных и климатических условиях при температуре окружающей среды от −30 до +50°С. Легально. Любители оружия ценят «Бекас», его достоинства — быстрая серия выстрелов, некритичность к боеприпасу, универсальность. Быстрая серия выстрелов. И десятки трупов.

Это похоже на дурной фильм класса «В». Как Росляков умудрился купить помповик? Как он сумел пронести его в колледж? Как он протащил туда не одну сотню патронов? Был ли он действительно убийцей-подражателем, последователем преступников из печально известной американской школы «Коломбайн»? Или он утратил связь между компьютерной реальностью и жизнью? Почему, в конце концов, человеку-невидимке удалось стать невидимым? Вопросов больше, чем ответов.

Рискну предположить лишь одно: невидимкой проще всего стать, когда на тебя не обращают внимания. Подросток от природы — самое общительное существо в мире. Любой подросток, не только вида homo sapiens. Щенок или котенок, слоненок или медвежонок — без разницы. В этом возрасте любой подросток активно социализируется, познает жизнь и изучает ее законы. Любой, кроме того, которого окружает стена молчания.

Удобно, когда твой ребенок не пьет в подворотне пиво. Удобно, когда он не дерется и не попадает в полицейский участок. Удобно, когда он молчун и тихоня. И ужасно неудобно и страшно, когда в этом тихом омуте заводятся черти, которые могут завести его за пределы реальности, туда, где ничья жизнь не имеет ценности — ни чужая, ни своя собственная.

Конечно, сейчас психологи дадут квалифицированную оценку произошедшему, опишут профиль убийцы и выдадут рекомендации для детей и педагогов. Конечно, правоохранительные органы проведут расследование по всем канонам. Возможно, выяснятся новые обстоятельства. Шок уйдет и придет понимание. Вот только последуют ли рекомендациям люди, привыкшие быть равнодушными и черствыми к подростку? Станут ли терпимее те, кто травит одноклассников? Станут ли внимательнее те, кто на любую просьбу ребенка дают ему в руки планшет с игрой? Станут ли чадолюбивее те, кто считает, что с учеником нужно разговаривать тоном кинолога, дрессирующего сторожевого пса?

Люди, выплескивая эмоции в социальных сетях, любят красочные эпитеты, вроде «чудовище», «монстр», «воплощение зла». Люди любят смаковать драматические мотивы — любовную трагедию, длительное насилие или даже одержимость демонами. Но, доживя почти до полувекового рубежа, я начал считать, что любое бытовое зло происходит от пофигизма. Комплекс Бога рождается, когда исчезает сочувствие — к жертве, к ребенку, к заблудшему. И к себе самому.

Я точно знаю, что нет никакого единого рецепта для сложных ситуаций. Но я точно так же твердо знаю, что все рецепты даны в книгах, которые давно уже написаны. Только читать их хотят не все. А еще меньше тех, кто действительно применяет эти рецепты в жизни, а не использует их для лицемерной манипуляции словами. Берегите себя.

Берегите близких. Пожалуйста, берегите их.

Мнение

Интервью

Популярное